Версия для печати

Седьмой Вселенский собор

          Поводом к созванию Седьмого Вселенскогообора благочестивою царицею Ириною и Константинопольским  Тарасием была ересь иконоборцев.
          Начало ереси восходит ко временам императора Льва Исаврянина, издавшего указ, предписывавший выносить святые иконы из церквей и домов и сжигать их на площадях, уничтожать изображения Спасителя, Божией Матери и святых угодников, поставленных в городах на открытых местах или находящихся на стенах храмов. Когда народ стал препятствовать исполнению указа, тогда к гонимым им святыням Лев присоединил и их почитателей. Тотчас же было издано повеление убивать всех. И много – в особенности женщин – пало в тот день от мечей иконоборцев за любовь к святым иконам. 
          Император приказал закрыть высшую богословскую школу Константинополя и лишить православных оружия в борьбе с иконоборцами, какое они извлекали из богословского образования. Некоторые из византийских историков говорят будто он в тех же целях сжег и богатую библиотеку. Но гонитель везде встречал резкое противоборство своим распоряжениям. Из Сирии, из Дамаска, против них писал святой Иоанн Дамаскин. Из Рима, по смерти Григория II-го продолжал писать преемник его, папа Григорий III-й. А из других мест отвечали на них даже открытыми восстаниями.
          Сын и преемник Льва Константин Копроним, не отступая от направления, принятого отцом в отношении к вопросу о почитании св. икон, решился воздействовать на духовенство, потому что деятельными противниками иконоборцев были преимущественно епископы и иноки.
          Для этой цели он решил созвать собор, на котором было осуждено иконопочитание. Ближайшим следствием лжевселенского собора было то, что иконы были выброшены из церквей, сожжены, живописные и мозаичные священные изображения на стенах храмов затерты известью. Не избег такой участи даже великолепный Влахернский храм Богоматери, на стенах которого лучшими художниками была изображена вся земная жизнь Богочеловека, Его чудеса, события Евангельской истории, оканчивая сошествием Св. Духа на Апостолов.
          От гонения на и коны Копроним перешел к гонению на святые мощи, их велено было выбрасывать. Так поступили, например, с св. мощами великомученицы Евфимии: мощи ее с гробницею были выброшены из храма и выброшены в море, а великолепный Халкидонский храм, посвященный ее имени, обращен в казармы. Считая иноков главными поборниками иконопочитания, Копроним решил закрыть монастыри. Многие монастыри Константинополя, начиная с знаменитого Далматского, были обращены в казармы или разрушены. Много иноков было замучено. При этом разбивали головы иноков на тех иконах, в защиту коих они выступали.
        В царствование преемника Копронима, Льва IV-го, иконопочитатели могли вздохнуть свободнее. Но полное торжество иконопочитания совершилось лишь при императрице Ирине, занявшей за малолетством сына Константина престол супруга Льва IV-го после его смерти. Заняв престол, она возвратила из ссылки иноков, сосланных за иконопочитание, а большинство епископских кафедр предоставила иконопочитателям. Затем возвратила св. мощам все почести, которые были отняты у них иконоборцами. Но императрица сознавала, что всего этого мало для полного восстановления иконопочитания. Необходимо было созвать вселенский собор, который бы осудив недавний собор, созванный Копронимом, восстановил истину иконопочитания. На этом настаивал при избрании на патриарший престол Тарасий.
                    – Если императрице угодно, – заявил он, – чтобы Тарасий принял бремя патриаршего правления, он согласен, но только при условии созвания вселенского собора.
          Выслушав объяснение Тарасия, императрица вывела его к сенаторам и духовенству, собравшимся в Матаврском дворце для избрания патриарха. В выразительной речи Тарасий пред этим собранием заявил, что он примет патриаршество при созыве Вселенского Собора для утверждения иконопочитания.
          Большинство признало требование Тарасия справедливым, и он был посвящен в патриархи в праздник Рождества Христова в 784-м году. Вскоре от императрицы Ирины и сына ее Константина было отправлено послание к Римскому папе Адриану с приглашением на собор. К этому посланию присоединил приглашение патриарх Тарасий. Папа отказался от чести присутствовать на соборе. Он прислал двух легатов: Петра, протопресвитера церкви св. апостола Петра в Риме, и Петра, игумена обители св. Саввы в Риме. Прибыли в Константинополь представители патриархов Александрийского и Антиохийского. Это были пресвитеры Иоанн и Фома. Помимо полномочий от патриархов они привезли послание от иерусалимского патриарха, где тот выражал согласие на утверждение иконопочитания.
          Созваны были в столицу епископы Константинопольского патриархата. В начале предполагалось собор открыть летом 786-го года в Константинопольском храме св. апостолов. Все было приготовлено к открытию соборных заседаний, как вдруг накануне открытия в Константинополе вспыхнул бунт среди войска, который помешал состояться собору.
         Собор открылся лишь осенью следующего года (24-го сентября) и уже не в Константинополе, а в близкой к нему Никее, где происходил и первый Вселенский Собор, в храме св. Софии. Число членов собора в точности не установлено. Их было более трехсот, потому что под соборными актами имеется подпись 307 епископов. Собор начался речью патриарха Тарасия, после которой была прочитана императорская грамота к собору. По прочтении ее было приступлено к разбору виновности епископов, замешанных в иконоборстве.
 После сего императорский секретарь Леонтий напомнил собору о необходимости выслушать послание о св. иконах папы Адриана к императору и патриарху. Эти послания открывают завесу глубокой апостольской древности и выясняют, как смотрела на иконы в то время св. Церковь. По прочтении посланий представители папы пожелали знать: согласны ли с ними патриарх и все члены собора?
            Тарасий отвечал, что он приемлет все, что написано папою:
                        - Мы, на основании Писаний, умозаключений и доказательств, исследовав и познав истину на основании учения отцов, непреложно будем исповедовать, согласно древнему преданию св. отец, живописные иконы, поклоняясь им с горячею любовью, так как они во имя Господа Бога и непорочной Владычицы нашей Святой Богородицы, св. Апостолов и всех святых, но поклонение и веру будем относить к Единому Истинному Богу.
–                         Весь святой собор также учит, – раздался ответ на его слова всех членов собора.
             Затем было прочитано окружное послание патриарха Тарасия, написанное к епископам и пресвитерам Антиохии, Александрии и Иерусалима при вступлении на патриарший престол и ответная грамота восточных патриархов. По прочтении этих посланий отцы собора единогласно заявили: «мы совершенно согласны с ними, с любовью принимаем и почитаем священные и досточтимые иконы и поклоняемся им».
            В начале следующего заседания по совету патриарха Тарасия решено сделать пересмотр мест из Священного Писания, из свято-отеческих творений и из описаний житий святых, служащих основанием к утверждению догмата иконопочитания. Среди последних выстроилось великое множество повествований о чудесах, исшедших от св. икон и мощей. Вот некоторые из них:
            В описании мученичества св. Анастасия Персянина рассказывалось, что при перенесении его мощей в Кесарию Палестинскую, когда народ отовсюду устремлялся к ним, одна женщина, по имени Арета, впала в сомнение и сказала:
                                – Я не поклонюсь мощам, принесенным из Персии.
Через несколько дней св. мученик явился Арете во сне и спросил:
                                – Ты страдаешь болезнью в бедрах?
            Не успела Арета ответить, что здорова, как вдруг почувствовала, что ее действительно постигла болезнь. Долго томилась она, затем, почувствовав временное облегчение, стала размышлять, по какой причине постигла ее болезнь. На рассвете пятого дня ей опять является св. мученик и говорит:
                                – Иди в Тетрапил Помолись св. Анастасию и будешь здорова.
Принесенная к указанному месту, она, увидев икону св. мученика, громко возгласила:
                                – Это поистине тот, кого я видела во сне.
            Она долго плакала слезами раскаяния и встала совершенно здоровою.
          По прочтении на соборе повествования о сем чуде, представители папы заявили, что икона св. Анастасия с честною главою его находится в одном из монастырей Рима в настоящее время, а епископ Тавроменийский     Иоанн добавил к их заявлению, что он знает одну женщину из Сицилии, которая, будучи в Риме, получила от иконы св. мученика исцеление.
          Затем было сообщено Петром, епископом Никомидийским, о чуде, происшедшем от иконы Господа в Берите и приведено из Евагрия повествование об Едесском чуде от нерукотворного образа Спасителя. Чудо состояло в следующем:
          «Однажды Едессу осадил Хозрой, царь Персии. Со сделанных по его приказанию огромнейших насыпей воины стреляли через городские стены в жителей города. Осажденные жители решили сделать подкоп под насыпи и сжечь их. Но огонь, что они разводили в подкопах, за неимением притока свежего воздуха, всякий раз угасал. Тогда едессяне взяли нерукотворный образ и принесли его на выкопанные рвы. Окропив образ водою, они стекавшими каплями брызнули на слабо горевший огонь в сложенных дровах, и тотчас все дрова были объяты необычайным пламенем. Обратив их в уголь, пламя перешло к верхним деревам и быстро уничтожило      все сооружения Хозроя».
           При чтении сего повествования чтец Константинопольской церкви сказал:
                          – Я сам – недостойный раб, когда ходил в Сирию с царскими апокрисиариями, был в Едессе и видел сей нерукотворный образ; верные покланяются ему.
           Много и других, подобных приведенным, извлечений из святоотеческих творений было прочитано на следовавших за первым заседаниях собора. Когда отцы собора, как выразился патриарх Тарасий, «насытились святоотеческими свидетельствами», на средину заседаний была вынесена одна досточтимая икона, пред нею все присутствовавшие на соборе отцы, лобызая ее, произнесли двадцать два кратких изречения, повторяя каждое по три раза. Все главные иконоборческие положения были осуждены и преданы проклятию.
           Следующие заседания посвящены разбору определений лжевселенского Копронимова собора. Разбор был произведен с величайшею тщательностью. Велся он при посредстве двух лиц, как бы двух сторон: один читал то, что было определено лжесобором, другой читал опровержение на то, что было ложного в определениях. Места Св. Писания, ложно истолкованные Копронимовым собором, теперь подверглись новому толкованию. Например: из Ветхозаветного Писания в защиту своих мнений иконоборцы указывали на запрещение Десятословия: «не сотвори себе кумира» (Исх.20:4). Отцы собора отвечали на сие:
                        – Изречения, сказанные Израильскому народу, который служил тельцу и не чужд был египетских заблуждений, нельзя переносить на Божественное собрание христиан. Бог, намереваясь ввести иудеев в землю обетования, дал им заповедь: не сотвори себе кумира, ибо там обитали идолопоклонники, поклонявшиеся и демонам, и солнцу, и луне, и звездам, и другим тварям, даже птицам, и четвероногим, и гадам и не поклонявшиеся только Богу Живому и Истинному. Когда же, по повелению Господню, Моисей создал Скинию свидения, тогда он, показывая, что все служит Богу, приготовил из золота человекообразных херувимов, представлявших собою образ херувимов разумных.
            Ложно истолкованы были лжевселенским собором некоторые места и из святоотеческих творений. В свою защиту иконоборцы приводили, например, место из творений св. Афанасия Александрийского:
                        –  Тварь никогда не спасет твари.
            Собор разъяснил, что св. Афанасий имел в виду язычников и против них направлял речь; христиане никогда не служили твари вместо Единого Бога, как обвиняли их иконоборцы. Оказалось также, что иконоборцы часто приводили святоотеческие слова отрывочно, без связи с предшествующею им и последующею за ними речью, отчего мог получаться желательный для них смысл.
            Наконец, некоторые из приведенных иконоборческим собором выражений оказались совершенно подложными.
             Как оказалось, что основания, какие приводил лжевселенский собор в оправдание своих вероопределений, ложны и недостаточны, для всех стало понятным, что и самые вероопределения его, утвержденные на таких основаниях, ложны, и поэтому отцы собора скоро перешли к окончательной выработке собственного соборного вероопределения. В этом окончательном вероопределении отцы собора нашли нужным сначала упомянуть о поводе к созванию собора и о предпринятых им трудах, затем – привести дословно весь Символ Веры и опровержение всех тех ересей, которые уже были опровергнуты шестью предшествующими Вселенскими Соборами и, наконец, на вечные времена утвердить догмат иконопочитания:
                       – Мы определяем, чтобы святые и честные иконы предлагались для поклонения точно так же, как и изображение честного и животворящего Креста, будут ли они сделаны из красок, или мозаичных плиточек, или из какого-либо другого вещества, только бы сделаны были приличным образом, и будут ли находиться во св. церквах Божиих, на священных сосудах и одеждах, на стенах и дощечках, или в домах и при дорогах, а равно будут ли это иконы Господа и Бога, Спасителя нашего Иисуса Христа или Непорочной нашей Владычицы Св. Богородицы, или честных Ангелов и всех святых и праведных мужей. Чем чаще, при помощи икон, они делаются предметом нашего созерцания, тем более взирающие на эти иконы возбуждаются к воспоминанию о самих первообразных, приобретают более любви к ним и получают более побуждений воздавать им лобызание, почитание и поклонение, но никак не то истинное служение, которое по вере нашей приличествует. одному только Божественному естеству. Взирающие на сии иконы возбуждаются приносить иконам фимиам и ставить свечи в честь их, как делалось это в древности, потому что честь, воздаваемая иконе, относится к ее первообразу, и поклоняющийся иконе покланяется ипостаси изображенного на ней. Осмеливающиеся учить иначе, если это будут епископы или клирики, должны быть низлагаемы, если же будут иноки или миряне, должны быть отлучаемы.
               Собор закончился прославлением Господа со стороны всех епископов, начальников, воинских чинов и других граждан Константинополя, в несметном количестве заполнивших залы дворца. Списки соборных деяний были посланы папе, восточным патриархам, императрице с императором и всем церквам Константинопольского патриархата.
             Так торжественно закончился восстановивший истину иконопочитания и поныне ежегодно воспоминаемый 11-го октября всею Православно-Восточною Церковью, Седьмой Вселенский Собор.
Кондак, глас 2:
Иже из отца возсияв сын неизреченно, из жены родися сугуб естеством, Егоже видяще, не отметаемся зрака изображения: но сие благочестно начертающе, почитаем верно, и сего ради истинную веру церковь держащи, лобызает икону вочеловечения Христова.
 

Назад

Официальный сайт Русской Православной Церкви / Патриархия.ruОфициальный сайт Русской Православной Церкви / Патриархия.ruОфициальный сайт Русской Православной Церкви / Патриархия.ru
Задать вопрос
* Ф.И.О.:
Возраст:
Город:
* E-mail
Тема:
* Ваш вопрос:
Введите код с картинки:
*– поле обязательное для заполнения